Дорман  Валентин


ИУДЕЙСКАЯ ПАСХА В В/Ч 11047

ПЕСНЯ АРМЕЙСКАЯ. НЕУСТАВНАЯ

Не было Советской Армии без политзанятий! Но кому дело до истории Древнего Рима, если основной задачей армейцев, от рядовых до генералов, была ассимиляция еврейского меньшинства. Нас, кто не додумался вписать в паспорт допустимую нацию, было всего четверо на 1500 других. Но ассимиляция затруднялась. Во-первых, время геройских подвигов уже вроде прошло, а новое не настало, поэтому воинское арийское нац. большинство утверждало себя в основном со стаканом в руке. И меньшинство, скажем, вполне достойно владело стаканами, при этом умудрялись не увечить друг друга попьяни, и не попадать на «губу» (читай: гауптвахту). В третьих наше еврейство оказалось и вовсе неприкасаемым! Нет, то, что мы все заслужили значки воинской доблести (Отличник армии, спортсмен и классный специалист), это большого значения не имело. Просто: 1) Старший сержант Цыбульский Рома, из Запорожья, был одновремённо тренером сборной части по самбо, и зубным техником в нашей санчасти. Вроде понятно? 2) Сержант Валера «Евпаторийский» (оказался Давидом) был поваром. Попади к нему в наряд на кухню, он такую Римскую империю в посудомойке покажет, что про «тёмную» вместе со светом божьим забудешь; и не видать тебе до конца службы лишнего кусочка мяса. 3) Алька «Питерский», штабной писарь, шифровальщик и де шифровальщик. Т.е. не командирским голосом, но каллиграфическим почерком в первый день службы распахнул двери штаба, где и надёжно прижился. И как его отколотить, если его даже к уборке казармы не подпускали; не приведи Господь – пальчик поранит, вывихнет. 4) А я был рядовой, но в сборной части по боксу (в полутяжёлом весе), и личным водителем автомобиля самого Коменданта Округа. Всё это мешало нашим воспитателям применить известные методы ассимиляции. Вкратце: внеочередные наряды, уборка туалетов и помещений в ночное время, плюс, наиболее эффективное: тёмная. Т.е. на спящего солобона набрасывают одеяло, вручную фиксируют кокон, и колотят этот «пакет» сапогами, швабрами или кусками мыла, завёрнутого в полотенце. Таким образом, на руках воспитателей следов нет, что позволяло сохранять инициацию в тайне. Но, повторю, с нами эти эксперименты не проводили. Зато желание почесать о нас кулаки сводили к философско-религиозным спорам. Как «евреи ихнего бога распяли», а потом «на крови ихних младенцев варят свою мацу». Проще сказать, о Пасхе сами напомнили. И тогда я написал домой, чтобы прислали пакет... доказательств.

Сержант, как положено, прибыл со мной на почту. Раскрыл посылку. Сала, водки, вина и прочего нужного не обнаружил, а мацу пробовать брезговал. Так и хранил я её до Пасхи. А потом, часа через два после ужина, как раз в тот момент, когда обсуждалась ещё одна вековая вина евреев, - на еврейскую Пасху всегда плохая погода, - я притащил из каптёрки мацу. И потому, что в нашем взводе всё было принято кушать вместе, сам расхрустелся на всю казарму, и другим предложил вкусить. Тут народ засмущался, заколебался, и тогда я настоял на экспертизе. Дал на пробу пол-листика нашим украинцам и молдаванам, кто прекрасно разбирался в кровяной колбасе. Ну и, покривились они, поморщились, сначала откусили по крошке, посмаковали, зачем-то кашицу пальцами перетирали, на свет просматривали, а потом запросили добавку. Дескать, сразу не разберёшь. Я дал. Вскоре они заявили, что в маце ничьей крови нет. Но надо проверить и другие пакеты…

Тут я должен напомнить: после армейского ужина от сытости не икают. Но и долго смотреть, как эксперты метут плод сомнительный, - хрустят и причмокивают, аж стёкла в окнах дрожали, - а обвинители и соседи (метеобатарея и сапёрная рота) глотают слюну, как в пустыне Сахара без капли воды, - это мне тоже не нравилось. Мацы мне прислали всего три пакета: две минуты и – ни мацы, ни духовного удовлетворения! А народ созрел основательно. Тем не менее, обвинителям мацы, уже не обращая внимания на заявления, что я хороший еврей, а не жид, как другие, - я пасхальный деликатес не дал. И тогда наша дискуссия плавно сместилась к мнению, что даже плохие евреи страдают от плохой погоды на Пасху. Плюс, народная мудрость: «Весь апрель хорошей погоде не верь!» Т.е. не изменить людям погоду. И даже если евреев всех вырежут, всё равно солнышко днём и ночью не рассияется! И распятый еврей-Иисус не воскреснет, и еды в магазинах не станет больше, и даже продавцы, которые не евреи, не перестанут обвешивать покупателей, их же кроя разухабистым матом.

Вобщем, частично солдатское братство приняло мнение: как жрать, так сразу про кровь и погоду забудешь! Но маца, как-никак, иноверная?! И потому, что никто из нееврейских специалистов не смог объяснить, откуда взялась разнонациональная и разновременная Пасха, я просто достал очередную поджаристую пластинку и принялся за еду с таким видом, будто только евреи имеют право раз в год после армейского ужина кушать мацу, поплёвывая на отвратительную погоду. После этого народ и вовсе вплотную подсел ко мне и размурлыкался елейными голосами: и вправду национальные и религиозные разногласия – главная мировая беда. Т.е. хреновина, чтобы не сказать иначе, - всё не от большого ума. А ведь не будь этого, то есть этой, и армия вроде как не нужна. Т.е. не помешает, чтобы грабить капиталистов, но без идеи в довесок тоже выглядит неубедительно. В смысле, раз уж армия многонациональна, значит, все воины имеют право вкусить мацы, исключив недомолвки и подозрения. Тем более – правило: всё из посылок всегда в общий котёл!

Что ж, сказал я, убедили! Но только в обмен. Так сказать, раз уж я товарищ достаточно ассимилированный, мацу меняю на сало и самогонку, в пользу общака взвода доблестных химиков разведчиков. Т.е. у кого посылки из дома припрятаны, скажем, на 1 мая, - тащи! И тогда - общий праздник!

Как проникали в подразделения посылки, где хранились, - я разглашать не буду. Скажу только одно: в самых укромных уголках нашей краснознамённой воинской части вкусности ждали своего часа. С собакой не сыщешь! С другой стороны, праздник еврейской Пасхи, из расчёта 4 на 1500 человек, тоже не утвердить. Только заикнись, попадёшь на комсомольский актив. Но! Захотелось. И дело пошло. Засуетился народ, захотел запретного плода. Помчались воины шуршать по сусекам, вовсе забыв про погоду и жертвенных мальчиков! В сумме безвкусная пасхальная маца принесла в общак нашего особого подразделения свыше 5-ти кило неописуемого сала, буженины, колбас и (без головной боли не вспомнишь), три трёхлитровые банки, – сами уже догадались чего. Но это ещё не всё!


Оказалось, что именно те, кто больше других ругал евреев за жадность и скопидомство, как за не коммунистический подход к понятиям братства, - именно эти щедрые парни попались на шельмовстве! Т.е. спрятали своё в такие машины, которые даже стороной лишний раз обойти не захочешь. И это где-то мы понимали! Ведь основной контингент офицеров нашей бригады делал всё невозможное, дабы отобрать у воинов запрещённое зелье и не уставное питание. Но, подчеркну: не считая моего майора и ещё нескольких офицеров, числом не больше пяти. А остальные ночи не спали, чтобы поймать солдатика на горячем; в смысле, с питием и закусоном. Ой! Тут море историй! Но сейчас песня о том, что от офицеров заныкать – святое дело. А в тех машинах никто не искал; ни свои, ни офицеры. Там аммиак, окислители всякие, для борьбы с радиацией: смерть! Но и это, как посмотреть. Армейский народ у нас был в большинстве деревенский. Они так рассуждали: сало дважды не умирает. А самогонка дезинфицирует и дегазирует лучше, чем аммиак! Впрочем, отсюда подробнее…

Итак. Особо ретивым специалистам по «еврейскому вопросу», даже из нашего взвода, мацу я не дал. Только в обмен. Но и у них интерес разгорелся! Ну и, бочком потопали они из казармы. Дескать, у кого-то одолжат, в другой батарее; а сами посылок не получали. Не запаслись. И тут наш сержант (с говорящей фамилией) нос и грудь зачесал. Как бы, - «Что-то не чисто тут, пацаны, давно подозрения одолевают! Последнее время эти из гаража весёлыми возвращаются! А с какой радости? В химзащите и противогазе, в любую погоду грузовик аммиачный отмывать и подкрашивать, - не растанцуешься! А потом, – видели? На обеде - без обычного энтузиазма! Т.е. нафталином тут пахнет. Отследить бы, разведать».

А у сержанта Кольки Чесалина нюх был на подлости. Сам честный парень. Из Крыма. Зачем потом подался в милицию, это загадка. Но сейчас речь о том, что приказ есть приказ. Т.е. мы остались комплектовать обменный фонд, поступающий от соседей (сапёрная рота и метеобатарея), а Паша Балущак и Витя Бойко ушли на задание. И вскоре, когда другие бойцы принесли свои доли закуски и выпивки, и завозмущались, вкусив мацы, что вкуса в ней – ноль (вода и мука), тут и наши добытчики появились. Внесли пай - самогонки полфляги, и сала граммов под сто. Говорят, в долг нарыли. И, только-только рты приоткрыли, чтобы высказать мнение об обмене, дескать, обул их пасхальный недруг по самые не могу, а тут и наши разведчики возвратились! Выследили орлов, где они причащались! И конфисковали из цистерн грузовиков (АРС-12 У, для специалистов), кроме уже перечисленных яств домашнего приготовления, три бутыля самогона! И об отраве не заикайся! Ибо всё добросовестно запаковано в несколько слоёв специальной вощёной бумаги и два комплекта новенькой химзащиты. Т.е. даже без дозиметрических и дегазационных приборов – на глаз видно, что продукты полностью сохранили талант деревенского кулинара, и готовы к употреблению. Плюс, радость. 1) Химкостюмы учётные. 2) У гражданского населения, тяготеющего к рыбалке и охоте, цена каждому три литра спирта. 3) А подозрение пало на Пашу Балущака, завхимскладом. Ладно, продал, поделись со взводом! Но тут раскрылось, кто стибрил. Пашка просто расцвёл! И Колька от зуда избавился, - любил раскрывать всякие гадости!

С теми бойцами разборка пошла. Но не долго, потому что в казарме начался праздник: стихийный, но без пасхальных сказаний. (Сказание: «агада» на иврите; стоит запомнить.) Или маца аппетит возбудила, или просто решили армейское братство обмыть, - кто это помнит?! Важно, что на фоне обилия, извлечённого в нашем грузовике, я предложил возвратить нашим соседям обменный фонд, с условием перемещения пиршества на их личные территории. А то в нашем уголке уж слишком шумно вдруг стало; что взводу нашему не с руки.

После этого, в награду за неурочный пир, мне поощрение вышло от Колюни-сержанта.

- И вправду, - он говорит, - соседи – буйный народ; нам это не надо. Уходим в подполье. Зови туда нацменьшинство. Каждый может по гостю позвать; хоть командира бригады. Четыре на два – восемь; больше бутыли не проглотите. Остальное в общак. И с этими, нашими, ты решай: дать, не дать?

- А мне что? Простим! Их и так чуть удар не хватил, когда сало и самогонку риднэньку побачилы. Плеснём из конфиската по полстакана, как лекарство от а-по-плекс-... как его там, удара. Но на закуску – только мацу! Чтобы памятней было.

Помчал я к Цыбульскому. Подъём, говорю, по тревоге! Зови повара и писаря. Жду возле химсклада. Подробности там. Правда, они подумали, что драка назрела по нац. вопросам. Валера прибежал с толкачом, что картошку в котле мнут для пюре, а Алик где-то нашёл черенок от лопаты. Надёжная публика! Но я сказал, что Пасху отметим. С мацой. Впрочем, писарь засомневался: за Пасху могут и лычки лишить. Тогда я признался, что будет всё тайно у нас, как у масонов, и в меню не только маца. После этого, Валера сбегал на кухню за парой буханок чёрного хлеба, луком и чесноком. Не представляю, говорит, как сало кушать с мацой.

На следующий день мой майор сел было в машину, но пулей выскочил из неё; замахал пред носом фуражкой. Обошёл машину, посмотрел мне в глаза и сказал:

- Оого! – И прищурился, будто подсчитывал. – Рамадан, что ли? Или под Пасху?

- Нет, - я с трудом отыскал за щеками язык. – Под то не положено, что в календаре не стоит. За это лишают армейского звания, у кого есть. А у меня нет. Довезу, как положено. А запах - стружечка чеснока... профилацыцки от цинги.

Стружечка - получилась не сразу. Пока я нашёл среднее между ср... и кружечкой, воздуха из меня вышло много. Поэтому майор ещё на шаг отступил от машины, и согласился:

- Ладненькы. – Тогда я - в казармы. По «сружечке» ясно, что сегодня рейда не будет (главной задачей майора было отлавливать пьяных солдат и самовольщиков за пределами части). Представляю, какой запах на гауптвахте. Мне уже доложили: битком! Ясно, неурочное приурочили. Значит, ты – в гараж. У меня под сидением «пирамидон», если надо - бери. В машине проспись. Если что, скажи: меня ждёшь. Чтоб ни одна собака. Уф! Ты же, вроде, не пьёшь?! Да, и машину потом... одеколончиком освежи. Цинга – цингой, а брезент провоняется.

Приказ я выполнил. Весь день валялся в машине, добивая нычку майора (трёхзвёздочный), взлетал и проваливался в какие-то ямы. В ушах шумело что-то большое, как море, и мощное, как прибой. Я вспоминал папино «водка плачет», и мычал в потолок боевого «газика» любимую песню его и нашего самого старшего брата – первенца Вадика.

На рейде родном стоит тишина, / А море окутал туман.

Споёмте, друзья, пусть нам подпоёт / Седой боевой капитан.

Прощай, любимый город. / Уходим завтра в море.

И ранней порой мелькнёт за кормой / Знакомый платок голубой...

А потом и другую:

Ты Одессит – Мишка, а это значит,

Что не страшны тебе ни горе, ни печаль,

Ведь ты – моряк, Мишка, моряк не плачет

И не теряет бодрость духа – никогда...

Когда-то в Одессе, под эти песни многие улыбались и плакали, как бывает после победы.

Годы прокатились с тех пор. Моего майора-чечена вспоминаю с благодарностью и уважением. И Пасха та не забывается, будто сделал что-то достойное. Сколько раз ещё слышал дребедень про мацу на крови младенцев, - не сосчитать.


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Спасибо! Конечно, пишите и ваши рассказы. Посмотрим, вместе почистим.

  • На одном дыхании прочел рассказ: "Иудейская Пасха в в/ч 11047". Понравился.Вспомнил свои молодые годы и службу в ГСВГ. У нас тоже был многонациональный взвод, но особых проблем не возникало. Были " хохлы" с Западной Украины и с Востока, Белорусы, с Карелии, Адыгеи и всех больше с Северо Запада бывшего Союза.Правда был один еврей, но самый главный, начальник ПВО дивизии полковник Шатц. Мы были его личным взводом. Ходили только в один наряд - на кухню. Я был одним из самых низких по росту во взводе, не любил заниматься строевой подготовкой, особенно когда в часть наведывался маршал Гречко или другие руководители. И вот этот самый полковник Шатц относился ко мне с каким - то пренебрежением. Иначе, как этот маленький, меня не называл. До сих пор думаю, почему? Возможно принимал за своего? Не знаю. Вот такие воспоминания навеял Ваш рассказ. Да в конце рассказа песни, которые любил петь мой покойный батюшка, царствие ему небесное. Валентин, хотелось бы тоже кое - что написать о своей службе. Были интересные случаи. Как думаете получится ??? Да и будет ли кому интересно читать. У Вас, другое дело, интересный слог, оригинальный язык, читается интересно. Опыт великая вещь. Пора заканчивать и смотреть футбол. Привет от меня и, загоревшей в Турции, Нины. До связи. С уважением, Владимир.

  • Из уважения к читателям, не заявленным в коментах, но пишущим на почту, ставлю их отзывы.

    1. "Лобановская Нина
    Интересный рассказ. Читается легко. Ты ведь одессит.... иначе быть не может. Рада твоему успеху. Горжусь тобой. Удачи тебе. Спасибо за внимание. Всех благ тебе. Привет Марику".
    Марик - брат.
    2. Станислав Андрианов
    Спасибо !!!
    3. ТАМАРА Пожарова -Демченко
    Спасибо. Захотелось, как в Одессе научили, на сковородочку пару кусочков сала, маца, залить омлетом и пятьдесят грамм. Уже не говорю о "братстве народов" на фоне происходящего сейчас на Украине. У тебя удивительно теплые рассказы.
    4. наташа картавина
    (Y) (*) - это смайлики: большой палец и звёздочка.
    5. Александр Смелянский
    Спасибо Нюмчик! Как дела?
    6. Videre Саша Ивченко: (bow)(F)
    Тут смайлы: поклон и цветочек.
    7. Vladimir Gilchenok: Привет. Прочёл. Понравилось. Я не критик. Не могу проанализировать текст. Я могу только сказать нравится или не нравится. А ПОЧЕМУ нравится или нет, я не знаю.
    8. Виталий Шан. ok

  • Ответ на ваш отзыв почему-то пропал.
    А потом, через пару часов, читал, что пришло мне на почту, - вспомнил о вас.
    Теперь вам ставлю ответ, написанный давнему другу, одесситу Константину Куницкому.

    Он. "... Такое впечатление,что ты раньше уже описывал нечто подобное в другом рассказе о твоей службе".
    Я: "Мои армейские или другие рассказы похожи тем, что в каждом есть эпизоды моей постоянной борьбы с "героями", которые как бы не евреи, поэтому видят себя с списках избранных. Смехотворность и тупость происходившего равны ситуации, будто некий потомок инопланетян доказывает обществу, в котором изначально рождён на земле, своё равноправие. Вот и получается, что мои рассказа "за жизнь" во многом похожи. Осталось только собрать все заготовки и придумать название. "Майн кампф" - емко, но не подходит по известному созвучию".

    Надеюсь, Алексей, этот ответ даст понять, что "Тема многонациональной притирки" - всё таки зиждется на фундаменте антисемитизма. С тех пор как подобное явление возникло и существует при поддержке властей и других религий, (как пишете вы - "всегда актуально"), это значит лишь то, что любой антагонизм всегда можно списать на "БОРЬБУ ЗА НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ". Хотя нормальным людям давно надоела вражда и самовыпячивание по "национальному величию" или "большинству толпы".
    Не трудно, надеюсь, понять и то, что Украина пошла самым примитивным путём. При этом даже среди моих знакомых (как было и на нашем сайте) старые друзья перестали общаться друг с другом, будто стали по разную сторону баррикады.
    Тем не менее, новая власть Киева кого-то другого называет "сепаратистами".
    Сегодня Порошенко вполне понятно сказал, что их и его политика остаётся прежней.
    Впрочем, уверен, - каждый знаком с этим "праздником", поэтому предлагаю дополнительно не обсуждать. Достаточно факта, с которого я начал рассказ: "история Рима (как уроки истории) надолго уступила место продажным теориям развала и порабощения собственного государства.
    Всем спасибо за внимание.

  • Ах, Валентин, нравятся мне ваши армейские байки, а вернее воспоминания. Мне приятнее читать весёлые байки, вместо трагических армейских приключениях, которые вызывали у меня переживания за вас, за ваше здоровье. Валентин, хорошо пишите, легко и просто. Я вспомнила историю идиша в нашей семье. Муж мой вообще не знает и не говорит на языке предков. В школе сын изучал английский и, однажды он, забежав на кухню, с блестящими глазёнками выдал: - Мама, а бабушка с дедом говорят на немецком языке! Странно, он-то не изучал немецкий язык... В детском саду, воспитательница, армянка, из-за медлительности и апатии сына к выдвигаемым к нему требованиям говорила ему: - Азохум вей! Ни рыба, ни мясо! Четырёхлетний сын, придя домой спрашивает меня: - Мама, а почему Нина Сергеевна говорит мне АЗОХУМ ВЕЙ? ЧТО ЭТО ТАКОЕ? Мы с мужем смеялись. Лишь только, будучи в шестом классе, сосед его, с польсой фамилией, сидя с ним в лифте сказал: - А ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО ТЫ ВЕРЕЙ?!
    Сын спрашивает меня: - МАМА, А ЧТО ТАКОЕЙ ЕВРЕЙ? МЕНЯ ТАК НАЗВАЛ ВАЛЕРКА ПЕСОЦКИЙ...
    Ну, пришлось объяснять в доходчивой форме о национальном вопросе. У нас, сынок, интернационал - я русская, а папа еврей. Мацу он обожал!А как её грызла наша собачка Китя, обалдеть! Собака тоже встречала ПЕСАХ вместе с нами и тут же начиналась подготовка к русской-православной ПАСКЕ. Вот так жили и живём. Муж выстаивал очереди чуть ли не с ночи, чтобы достать мацу для себя и сестры.
    Всего вам доброго, дорогой Валентин, и ещё, продолжайте делиться своими воспоминаниями. Спасибо!
    С обожанием - Ариша.

  • Спасибо за внимание!
    Рад пробуждению ваших "военных будней".
    Да будет светла память о Юлике Тарнавском.
    Дело в том, что Одессе, до момента украинского правления НюС. Хрущёва, в одессе на улице и в общественном транспорте все спокойно разоваривали на своих языках: греки, болгары, евреи, - всего более 92 национальностей. И никого это не шокировали, потому что не было Одессы без этих людей. А потом, с периода о котором сказал, родная речь в нашем много национальном обществе постепенно смолкла, потому что появились дразнилки и всякого рода перевёртыши. Так возникали "Бецикер микер азохен вэй", - и танки наши быстры, - что начали сичтать вроде идышем, наделяя эти блоки какими-то ужасными для евреев интонациями. Т.е. Бабель, Жванецкий и наши евреи так не говорили, В любом случае, спасибо за внимание! Ваш я.

  • Понравилось. Соглашусь с Владимиром Борисовым, что лишних слов по минимуму. А еще житейская философия хороша - погода от религии не зависит.
    Тема многонациональной притирки всегда актуальна. Когда идет совместное принятие и унижения и мелких радостей армейского бытия, это несомненно сближает. Ведь есть что вспомнить - и морды друг другу били и водку вместе пили.
    Так что Валентин большое спасибо, прочел, выводы сделал, на ус намотал.

  • Вас, как говорится, первый эшалон, благодарю за внимание к моим воспоминаниям.
    1. Евсея Каца - за модераторское внимание.
    2. Валерию Андерс, за чёткое восприятие сути коллизий.
    3. Олега Андреева - благодарю с радостью, что его не перегрузил. Так же прошу, не взирая на восторги, обращаться ко мне запросто. Например, - из комента: "Очень интересно и легко читается рассказ, чувствуется талантливая и ироничная рука автора". Пишите просто (приму без ложной скромности): "Очень интересно и легко читается, чувствуется талант". Просто один чей-то дядя мне говорил, что талантливых и ироничных рук не бывает. Т.е. это штуки, которые сами по себе.
    Поймите правильно! Благодарю ещё раз.
    4. Аарону Борису. Спасибо! Тронут! Коммерческой жилки никогда не имел, но тут просто выпал шанс, показать, что одесские "эти" не лыком шиты. Подчеркну: история документальная. Выдумывать я не умею. Не учили. Так что осталось просто пересказать. Это, повторю, - некоторые одесситы обязаны иметь. Я - стараюсь.
    Слова - Ай да, Дорман оценены по особой мерке!
    5. Владимир Борисов, привет! Я думал, что вы поехали воевать за Украину, поэтому пропали.
    Да, вашего профессора можно понять! А вас - отдельно благодарю за внимание и доброе слово!
    Всё ли у вас гут? Призыв "Молодей Валентин принял побуквенно. Прямо сейчас и начну. И вам до ста - без старости.

  • В молодости я работал в Интуристе и к нам в качестве штукатура 3 разряда как-то раз устроился профессор N из института N.так вот он умудрялся у себя на кафедре стряпать и рампростроняь(продовать?)мацу и к нам сбежал опасаясь справедливого советского суда...Ну а самим рассказом я доволен...Молодей Валентин...

  • Поменять несколько пластин мацы на 5 (пять) кило сала и колбасы, а к ним 3 трехлитровые банки "сами догадались чего" это же высший пилотаж - сами догадались чего! Ай да Дорман!

  • Дорогой Валентин! Я, который из всего прошедшего наиболее подробно помнит свои "военные будни" (хоть и продолжались оные всего 27 дней), Вашим рассказом, просто, восхищён - и стилем изложения ситуации, и самой ситуацией. А вот Вам кое-что из личного опыта. Мой близкий друг (увы, давно покойный) - я многократно о нём упоминал в своих "мемуарах" - Юлик Тарнавский на протяжении чуть ли ни всех этих 27 дней каждый вечер приходил в нашу палатку и приставал к командиру отделения ст. сержанту Ивану Трусову (сверхсрочник из под Курска с большим носом, очень похожим на еврейский нос моего друга) с просьбой "поговорить по-нашему". "Вань! Ты - еврей и я еврей, нас в роте всего двое. А? Давай по-нашему поговорим -"Бецикер микер азохен вэй. А?," - Ты чего, ты чего? Не знаю я по-вашему...", - в этом они были похожи, ибо Юлик тоже не знал ни иврита, ни идища. Тут мы все хором начинали сержанта уговаривать: "Вань, да ладно... Ну чо стесняться-то, ну поговори..." Тот краснел, покрывался потом, старался выскользнуть из палатки, а Юлика, если встречал, обходил за километр. Так и развлекались. Ещё раз спасибо Вам за отличный текст. Ваш Ю.К.

  • Очень интересно и легко читается рассказ, чувствуется талантливая и ироничная рука автора.
    С уважением, Олег

  • Уважаемый Валентин!
    Ваш рассказ читается с интересом, поскольку в нём много забавных коллизий с пасхальной мацой, оказавшейся в В.Ч. во время Песаха и Вы смогли хорошо обыграть обстановку и традиции в армии на примере случая, когда появилась оказия отметить необычный для большинства солдат праздник.
    При этом показана счастливая возможность для 4-х солдат из нац-меньшинств не быть дискриминированными, когда "воспитателям" не удаётся применить к ним "известные методы ассимиляции".
    С наилучшими пожеланиями,
    Валерия

  • Предлагаю рассказ Валентина Дормана о его армейских буднях. Рассказ написан, как говорится, со знанием дела (что не удивительно) и с хорошим юмором.

Последние поступления

Кто сейчас на сайте?

Голод Аркадий   Тубольцев Юрий   Коркмасов Анатолий   Шашков Андрей   Крылов Юрий   

Посетители

  • Пользователей на сайте: 5
  • Пользователей не на сайте: 2,295
  • Гостей: 101