Симонова Паулина

ИГРА В «ГОРОДА»

      Жаркий и длинный июльский день клонился к закату. Cолнце косыми лучами пронизывало  узорные кружева дикого винограда, вьющегося по нашему балкону, и солнечные блики  причудливо  плясали по кухонной стене.

      Я стояла у плиты и пекла яблочные оладьи. Со двора еще доносились тугие удары по футбольному мячу и яростные крики мальчишек, а мой сын с другом, шумные, веселые, взмокшие от игры, уже ввалились в дом, привлеченные манящим запахом печеного теста, яблок и корицы.     

- Ребята, мыть руки и… - только обмолвилась я. – Да, мама, мы уже чуем запах – мои любимые оладушки! Сейчас придем, только,  пока остынем, поиграем с Петей в города. –Ладно, даю вам десять минут - пусть последние олальи дожарятся.

      И вот я переворачиваю на двух сковородках оладьи, а из комнаты до меня доносятся названия городов, в которых мой сын не бывал, но о которых много слышал из моих и отцовских рассказов. Звучит имя города, а перед моими глазами возникает яркая картина…

      - Вилково! –торжествующе «выстреливает» сын в ответ на скучный Петин Тамбов. И то сказать,не зря Максим торжествует: во-первых, это один из немногих городов, где он к тому времени тоже успел побывать, а во-вторых, привел признанного в классе «географа» Петю в замешательство – что за Вилково такое? Немудрено, что 12-летний Петя о таком месте не слышал:  ведь и мы на момент нашей первой поездки туда знали только одно устойчивое словосочетание – вилковская селедка.

      В том далеком 69 году дело было так. Пришел к нам неразлучный друг мужа и,захлебываясь от восторга, стал рассказывать о месте под названием Вилково, откуда только вернулся. «Ребята, если вы тут же не поедете, я вас из списка друзейв ычеркиваю, - патетически восклицал он. – Я и адрес, где останавливался, вам принес и с хозяйкой насчет вас договорился.» И последовали какие-то немыслимо райские впечатления…

      Ну, мужа моего зажечь было – всего ничего, и вот уже через три дня мы, подхватив пару дорожных сумок и мой шестимесячный живот, а также подбив на эту авантюру мою пребывающую в отпуске кузину, оказались в потрясающем, как сейчас говорят, аутентичном, городке Вилково Килийского района Одесской области. «Украинской Венецией» называли его побывавшие там и знавшие толк люди. И впрямь, и место было уникальное, и атмосфера тех лет была неповторимой. Достаточно сказать, что большинство населения составляли старообрядцы-липоване, и это определяло характерные черты горожан: внешнюю скромность, немногословность, независимость, но при этом искреннее расположение к гостям.

      На следующее после приезда утро мы, как советовал нам  друг, отправились на базар. Это, я вам скажу, было колоритное зрелище! На площади, соседствующей с православным собором, раскинулось настоящее пиршество. Меня, приехавшую из Кишинева, трудно было удивить вкусными овощами, но таких помидоров я не едала сроду. А ряженка,томленная в русской печи, со светло-коричневой корочкой сверху, м-м-м! Но это все ладно – главным достоинством вилковского базара  была, конечно же, рыба и морепродукты. Неимоверного количества сортов, живая и копченая, она радовала глаз и возбуждала зверский аппетит. В воздухе над базаром стоял дух морских водорослей и дымка от копчения. Мы никак не могли выбраться из этого лабиринта гастрономических искушений, и на каждом шагу нам предлагали попробовать продукцию каждого продавца, а через одного – отведать знаменитого местного сухого вина, коварного при всей его кажущейся легкости. Не мог же муж отказать и этим насмерть обидеть радушных продавцов…

      Наконец,нагруженные донельзя, мы вернулись домой, то есть к той самой хозяйке, где остановились по совету друга. Я, быстро разобрав покупки, стала разделывать главный добытый на рынке трофей - угря, которого я увидела впервые в жизни.Честно говоря, я с паническим страхом занесла нож над этой натуральной «змеёй». Собравшись с духом и силами, я оттяпала ему голову, очистила от внутренностей и спустилась через калитку к ерику, что протекал прямо перед домом – промыть угря, как делали все местные женщины – водопровода-то в доме не было. Я и так была в сильной растерянности от такой непривычной мне «дичи», а тут, к моему окончательному ужасу, обезглавленный и выпотрошенный угорь взвился в моих руках,молниеносно выскользнул и поплыл по ерику! Я заорала что было сил от такой картинки в духе Хичкока. На мой крик тут же примчался хозяйкин сын, матрос  рыболовного траулера, и ловким движением ухватил «беглеца». Вслед за выскочившим угрем, мое сердце чуть не выскочило из груди, а ребенок – из живота, я стала «била як крейда», как сказала хозяйка. Да где же муж, в сердцах подумала я, и хозяйка, будто услышав мои мысли, тихонько сказала: «Ваш хозяин там, повыше, коло ерика, усталый спит, видно не привык к нашему вину»… Жаркое же из спасенного угря оказалось знатным.

      После этой бурной «увертюры» мы каждый день ходили по мосткам над ериком на базар и наслаждались красками, вкусами и запахами – правда, уже без дегустации. И без преувеличения могу сказать, что вилковский базар 1969 года не слишком уступал по ассортименту рыбному рынку Ниццы образца 2008 года, вот только угрей в Ницце я что-то не видела.

     А Вилково недаром называли «украинской Венецией» - вся жизнь там осуществлялась на лодках, и уж точно их там было больше, чем автомобилей. На лодках передвигалась - я сама это видела - «скорая помощь» и развозили газовые баллоны, забирался и вывозился мусор, на них плавали за продуктами в магазин. У каждого дома были причалены как минимум две лодки – чем не Венеция?

     Во второй раз мы оказались в Вилково проездом на один день – просто приехали с экскурсией из расположенного неподалеку пансионата, и на сей раз – с Максимом (оттого он и был так горд, называя в игре этот город). Ровно четверть века прошло с нашего первого знакомства с Вилково – и что же осталось от былого его очарования? Ни романтических мостков, ни лодок; пересохший ерик да пыль… И тут на память приходят шпаликовские строчки: «По несчастью или к счастью, истина проста: никогда не возвращайся в прежние места. Даже если пепелище выглядит вполне, не найти того,что ищем, ни тебе, ни мне».

      Расстроенные такими негативными переменами, мы быстро свернули нашу экскурсию и только  хоть для какого-то утешения отправились на рыбзавод и с огромным трудом уговорили кого-то из администрации продать нам банку знаменитой дунайской сельди (а ведь из первой поездки возвращались с огромной рыбиной – простипомой горячего копчения!). Вернувшись же домой на этот раз и распробовав селедку,пришли к выводу, что и она уже не та, что была – почти по Райкину.

     …Максим забегает на кухню с довольной физиономией и выпаливает одно за другим: «Мам, я веду в счете, у меня городов больше и я ни разу не повторился…Мам, можно нам с Петей добавки?» И тут же, в комнату: «Я не за подсказкой, я за оладушками. Теберда!»

      У-п-с-с!Случайность ли это или закон парных чисел, что опять все происходит по Шпаликову – ведь и в Теберде я была дважды, но тут с промежутком в 15 лет. Правда, в отличие от Вилково, потрясающие горы Северного Кавказа не под силу было истребить даже всемогущей советской власти, но впечатление от второй поездки тоже было уже другим. Не знаю, может быть, виной тому был более зрелый возраст… А в первый раз, когда автобус остановился в Теберде на огромной площадке-плато у шикарной гостиницы – вокруг заснеженные горные пики, а воздух– дышать не надышишься – я поняла, что горы – это Мое и Навсегда.

      Смотрю на фотографии – наша группа под предводительством инструктора на леднике Алибек, уподножья пика Ине, на альпийском лугу с цветущими эдельвейсами – и не верю, что вот эта «крутая» альпинистка – это я.

      В следующий наш приезд был уже совсем другой антураж: уже не интуристовская гостиница, а турбаза, уже не пешие восхождения, а по канатной дороге – стареем, брат… Но все равно,  воспоминания и от второй поездки мне бесконечно дороги. Эх, бы горам Северного Кавказа да всю ухоженность и инфраструктуру Швейцарских и Австрийских Альп – цены бы им не было! Говорю это из собственных наблюдений. Проплывая в вагончике канатной дороги над швейцарским альпийским лугом, все вспоминала любимую Теберду – только вот коров таких ухоженных, да с колокольчиками, своим дивным звоном наполняющими все пространство от небес до дна ущелья, в Теберде и в помине не было.

      …Но что-то совсем стемнело на моей кухне –  это сразу упала теплая южная ночь и бархатным и синим стало небо. Пора бы уж мальчишкам  заканчивать игру. «Максимка,сворачивайтесь, Петю наверняка заждались дома» - «Мам, ну еще чуть-чуть, - и,чтоб не пропустить свой черед, быстро: - Киев!»

      Да, Киев… Киев 1990 года. Город, о котором я столько слышала и читала, а увидела впервые на изломе  бывшего СССР, а на тот момент – некоего не поддающегося определению образования, уродливо нареченного СНГ.

      Поводом для поездки стало прощание. Так уж вышло, что 90-й год стал для меня годом прощания с отъезжающими на разные континенты родными и друзьями. Летом мы с сыном и сестрой отправились в Вильнюс прощаться с племянницей и ее семьей  - и на все впечатления от Вильнюса и Каунаса накладывалась эта жуткая печать грусти и тревоги при мысли, что прощаемся  навсегда. К счастью, судьба повернулась так, что они не раз приезжали из Америки к нам в Израиль, и мы часто вспоминали прогулки по Вильнюсу 90-го года.

      А осенью мы с подругой полетели в Киев – прощаться с нашей общей подругой Бэлкой. Долгим и мучительным было для нее принятие этого решения – она обожала Киев, свою работу в университетской библиотеке и совсем не рвалась в Город Большого Яблока. Но ехала-то не «за песнями», а за спасением – только в Америке ей гарантировали успешную операцию и исцеление от тяжелой болезни, с которой не могли справиться лучшие специалисты Кишинева, а затем Киева. Неудивительно, что и наш с Галкой киевский вояж тоже проходил на фоне ощущения, что больше не увидимся. Увидеться, правда, пока не довелось, но то, что Бэлку спасли – факт непреложный. А покуда живы – верю, что встретимся.

      Ну, а тот осенний Киев я не забуду никогда. Бэлка была не только библиотекарем-профессионалом, но и экскурсоводом-любителем, и этот замечательный город предстал перед нами, преломленный её видением, её любовью к каждой площади и улице, собору и памятнику. Не забуду своего восторга перед Софийским и Владимирским соборами, Крещатиком и Майданом. Помню, с какой гордостью Бэла показывала нам булгаковский дом на Андреевском спуске и радовалась как ребенок, что на доме появилась наконец-то мемориальная табличка.

      Но вот одно место нас с Галей буквально «задавило». Это был мемориальный комплекс – музей Ленина. У меня уже был опыт восприятия таких архитектурных «мутантов», как ульяновский мемориал и ансамбль «Родина-мать» на Мамаевом кургане – но ощущения, подобно испытанному в киевском музее Ленина, не возникало никогда. Колоссальный пантеон из стекла и мрамора давил  всей своей многотонной тяжестью и каким-то мезозойским холодом, хотя на дворе была не зима, а чудесная золотая осень. И зачем только Бэлка нас сюда затащила – видимо, из патриотических побуждений, дескать, и  мы не хуже других, и у нас есть свой «пантеон» - а может, как раз, чтобы перешибить боль от предстоящего расставания с булгаковскими местами…

      И только к концу осмотра тягостное впечатление от этого «царства снежной королевы» было скрашено впервые увиденными мной голографическими ультрасовременными скульптурами, эксклюзивно представленными в таком идеологически несовместимом с ними месте. А еще – прямо в вестибюле музея, в центре абсолютно ничтожной, высосанной из пальца экспозиции революционной истории – сидел чудо-мастер стеклодув и на наших глазах выдувал фантастические фигурки животных, птиц и цветы – тончайшие стеклянные кружева, от которых было не оторвать взгляда. Ну как тут не вспомнишь лукавую фразу великого киевлянина, вложившую ее в Бегемотовские уста: «сижу, никого не трогаю, починяю примус»!

      Вот такие парадоксы соседствовали в главном идеологическом «храме» Киева. Да и за окном было парадоксов немало: то тут, то там под стенами древних соборов возникали всяческие стихийные демонстрации – под одними рвали глотку коммунисты с кумачовыми знаменами, под другими – с «жевтно-блакитними» стягами орали РУХовцы– то был пик пробуждения национального самосознания… Двадцать лет прошло, и увиденные тогда на улицах Киева «разборки» кажутся мне какой-то фантасмагорией, но все же лучшие «кадры» отдаются теплом в моей памяти.

      Погруженная в воспоминания, я и не заметила, как тихо стало за окном, не услышала, как убежал засидевшийся у нас Петя. Заглянула в салон – тихо бормочет телевизор – то ли смотрит муж полуночную передачу, то ли дремлет под его аккомпанемент. Зашла  к Максиму, поправила сползшую простыню – он уж крепко спал.

      Какие города снились ему – только что упомянутые в игре, а может, другие, в которых ему еще предстояло побывать?


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • В кулинарных училищах придирчивые преподаватели, чтобы подстегнуть мастерство будущих поваров, - часто, даже на хорошо приготовленное блюдо ставят три с плюсом; с примечанием: \"Любви маловато...\"
    Т.е. горячие пирожки с горохом - летят за милую душу, но это всё ширпотреб, оплаченный. А кулинар с Даром, а не просто дипломом, - обязан больше вложить любви к делу. Иначе нечего конкурировать, - проигрыш обеспечен. Да поможет вам любовь к делу, а не просто игра в дело!

  • Уважаемый Валентин! А как же состыковать Ваше предыдущее: \"Рекомендую почистить, иначе выглядит вовсе любительски.\" и последующее: \"Русскую литературу всегда делали именно Любители, а не дипломированные и оплаченные специалисты.\" Да я и писала, как мне казалось, с любовью, а иначе - зачем? Радости творчества Вам.

  • От \"любителсьтва\" есть лишь один выход, единственный путь: полюбить своё дело. Русскую литературу всегда делали именно Любители, а не дипломированные и оплаченные специалисты. Академики и профессионалы вещают не от души, но по программкам. Потому и прорывы их заметно сложны и малодушны.

  • Валентин, большое Вам спасибо за отзыв и совет - всегда ценно получить профессиональное, мотивированное мнение. Постараюсь исправить, но все равно от \"любительства\" никуда не уйти:).

  • Интересный замысел, как форма изложения воспоминания. Т.е. мне никак не помешало, что в 11 лет (где-то в 61 году) я ездил в Вилково на свидание, \"на зону\" к отцу. Было это правда зимой, - уже в автобусе мы окоченели, - да и дальше зоны, с мамой и братом погулять не успели. На слух приняли, что это \"украинская Венеция\". Тем интереснее дополнения. Но текст изобилует лишними словами, повторяющими сказанное. Рекомендую почистить, иначе выглядит вовсе любительски.
    Успехов!

  • На \"Отправил Лейшгольд Ирина дата 2011-03-13 23:11:58\" Неймется вам,господа активные политики с активной гражданской позицией!
    Вам необходимо искать и обвинять инакомыслящих, вот и продолжаете пинать нас, \"аполитичных израильтян\".
    Кому и по какому поводу адресовано это выступление, сдобренное стихами? Или опять удалили что-то, что я не успел увидеть? Если удалили, почему тогда не удаляют ответ? Никак не понять, кому адресован?

  • Гость - 'Гость'

    Паулиночка, это не рассказ, это хорошая история, рассказанная в кругу друзей. В рассказе должна быть интрига, сюжет, герои. А здесь - милые сердцу семейные воспоминания.

  • Уважаемая Паулина!
    Начну с того, что мне нравится Ваш описательный стиль рассказа. Не только потому, что я почти всегда пишу в этой манере, следуя признанию Сергея Довлатова, который писал, что он не писатель, а описыватель…
    Вы пишете легко без излишних красивостей и словесных выкрутасов, просто и искренне. Что привлекает к чтению.
    Сюжет построен оригинально, как будто мальчики называют города, о которых потом идёт рассказ. Но Вилково удостоилось больше внимания в описании его как города, нежели Теберда и Киев.
    Особенно интересны описания сопутствующих событий и фактов, начиная с ерика (слово какое интересное, знакомое мне по Селигеру) и особенно про угря. Эту рыбу я обожаю, особенно в копчёном виде, которую ел в Прибалтике. А вот жаркого никогда из них не едал…
    Теберду я знаю и люблю. Помимо гор и лесов с грибами, горные реки и восхождения до границы снегов… Мой сынишка лет 12 тогда поднялся на пик Пионеров и получил значок альпиниста…А у меня был волдырь на пятке из-за неспортивной обуви…
    А о Киеве говорить не буду. Хоть я не киевлянин, а винничанин, но это так близко. И каштаны у нас одинаковые росли…
    Спасибо Вам за такую игру в города. Надеюсь в ней будет продолжение, так как Вы оставили много городов в стране исхода…

  • Дорогая Ирина!
    Сегодня состояние особое, вот и позволила себе расслабиться. Спасибо Вам за проявленную сердечность, за то, что мы не только живем на одной земле, но ещё и видим происходящее одними глазами и, уверена, - воспринимаем одинаково.
    Спасибо Вам за поддержку, которая иногда так необходима.
    С уважением к Вам, Эстер.

  • Дорогая Эстер!
    Я рада, что Вы с нами.
    Я бывала в поселениях и знаю, что там живут особенные люди, вызывающие восхищение своей храбростью и непреклонностью, с большим чувством собственного достоинства.
    С уважением к Вам, Ирина Л.

  • А я скажу спасибо Творцу, что есть такие люди, как Вы, как Фаина, Ирина, и ещё, и ещё, и ещё...
    Да умножатся в народе подобные Вам (перевод с иврита). Амэн!
    С теплом и уважением. Эстер

  • Дорогая Эстер! Читаю - и ком в горле... Все равно лучше Вас, ощущающей все ежечасно на \"своей шкуре\" - лучше Вас не скажешь. А посему на каждое Ваше слово скажу только \"Амэн!\"

  • Дорогая Фаина, эти слёзы - слезы Вашей высокой Души! Как часть своего народа, Ваша душа не может остаться равнодушной, но есть особый уровень души, когда она не может не плакать! Евреи - особый народ, тонкая духовная материя коллективной Души Израиля (Иакова), получившего святую Тору на горе Синай от Всевышнего, Благословен Он,не сравним ни с одним народом мира!.. А об Ишмаэле (об арабах), сказано много, и о том, кто они, и том, на что они способны... Недаром в Торе их назвали \"пере-адам\", \"ам бли ам\", и т.д. Но не в них дело, с ними всё ясно. Это мы должны объединиться, мы должны понять, что мы - братья, и если убили одного из братьев, содрогается весь народ Израиля!
    С большим теплом к Вам, и искренним уважением. Эстер

  • Гость - 'Гость'

    Как умел, уже написал:http://www.andersval.nl/index.php?option=com_content&task=view&id=5088. И в брошюру под названием \"Пути Твои неисповедимы\" включил. Издана, правда, она малым тиражом.
    С уважением.

  • Правду скажу, дорогая Эстер Пастернак, читала Ваш коммент и плакала. Как бестактно, даже жестоко, упрекать таких людей, как Вы, упрекать нас, израильтян,которые своей жизнью, судьбой своих детей и внуков, доказывают преданность своему народу и своей стране.
    Шла по оживлённой улице нашего города слдатка, молоденькая девушка. Араб, не зная ее, не видя эту милую девушку, вынул из сумки заранее приготовленный топор, подбежал к ней сзади и всадил ей топор в спину. Или другой факт: поставили машину, переполненную взрывчаткой на остановке автобуса, который забирает детей из школы и когда дети вошли в него, машину взорвали. И мы каждый день видим на остановке доску с именами погибших детей.Что же это?
    Маньяки, двуногие звери, патологические шизоиды? Нет, это нация, которой не нужен мир, не нужно своё собственное государство, не нужна ни экономика, ни мало-мальская культура, не нужна ни промышленность, ни сельское хозяйство, абсолютно ничего не нужно и всего этого нет, нужна только война и жестокость. Это у них заложено в генах столетиями, Разговаривать с ними о чем -то разумном бесполезно, бессмысленно. Вот почему в Афгане десятилетиями идет война, в Иране, Пакистане, и др. без конца воюют шииты с сунитами, без конца террор в своих и разных странах, а Израиль для них - лакомая мишень. Израиль, который этих палестинцев содержит!
    Вот вы бы, г-н Аврутин, написали бы историческое исследование, как возникли и возникают до сих пор такие неслыханные ублюдки, такие страны с таким укладом жизни и такой жизненной философией. И с присущим вам аналитическим умом разобрали бы эту заковыку истории, а мы бы помогли вам распространить по миру вашу объяснительную брошюру. И вдруг бы это помогло нам - израильтянам, а может и всему миру!

  • Уважаемый Давид, Вашими устами -да мед пить. Огромное спасибо! Насчет учебника для литераторов Вы, боюсь, погорячились, ибо мне на просторах Острова высказывались претензии не только по части скудости сюжетов, но и в отсутствии палитры действующих лиц. Но ведь рассказ-воспоминание и не должен претендовать на многоходовой сюжет - это уже как минимум повесть, а формат сайта и его виртуальное \"употребление\", мне кажется, и не выдерживают крупных форм. А Ваше мнение, что рассказ хорошо \"организованный\" мне очень лестно. Творческих Вам удач!

  • Кто же из нас в детстве не играл в \"города\". И кто из женщин хоть один раз (!) за жизнь, не испёк яблочные, или другие оладьи. Рассказ хорош и трогателен. Как-то Толстой сказал, что самая хорошая черта характера – скромность. Обратила внимание, что в настоящем творчестве всегда присутствует доля скромности, нет выпячивания, есть высокая простота, как в рассказе Паулины.
    Дорогая Паулина, прошу у Вас разрешения на Вашей страничке отреагировать на теракт.
    Кто-то удивился, что на сайте Острова никто не отреагировал на преднамеренную резню еврейской семьи на поселении \"Итамар\" .
    Я не знаю, почему другие не отреагировали, но мы были заняты тем, чем заняты люди, с того момента, когда узнают о страшной гибели близких людей, и до выхода шивы. Семья праведников, семья Фогель. А Шем иком дамам.
    32 года тому назад, когда мы, молодя пара с маленьким сыном, оставив родителей, сестер и братьев, решили подняться в Израиль, (разрешение мы ждали 2 года, за это время пройдя 9-ть кругов ада, не забудьте, что речь идет о конце 70-тых годов), - нас тогда впервые спросили:\" А вы не боитесь?\" Второй раз нам задали этот же вопрос уже в Израиле, 25-ть лет назад, когда мы поднялись в Шомрон, на наше первое поселение. С тех пор прошло много лет, утекло много воды, но одно не изменилось: мы верим и потому не боимся. Мы не оставили Шомрон и тогда, когда в первую антифаду, в 1988 году, в Шхеме, муж был ранен разъяренной толпой мусульман (400) вышедшими из мечети после пятничной молитвы, и чудом остался жив, и после того, как на территории нашего поселения \"Хермеш\", в северном Шомроне, в ноябре 2002-го года произошел тяжелый теракт, и были убиты две 14-летние девочки, женщина, и много раненых. Правильно написала Ирина Лейшгольд, над городом которой не летающие тарелки, а настоящие ракеты, что \" мои дети и мои внуки …\" Мой муж и мои сыновья воюют, защищая эту землю, мои сыновья служили в Армии Обороны Израиля в отборных частях, и это я горжусь, что нам выпала ни с чем не сравнимая доля любить эту землю да, нелегкая доля, но кто сказал, что быть по-настоящему счастливым, это всегда легко? Даже если есть между нами разногласия, все таки есть намного большее и вечное, что объединяет всех нас - мы один народ, одна Душа, как это ни трудно понять (особенно без подготовки), над нами Единый, мы ходим по одной земле земле Эрец Исроэль.


    У нас одна страна. (И.Лейшгольд)

    У нас один Израиль один Машиах цидкейну, одна Геула - одно Избавление на всех!!
    Не знаю, быть может, мне и сейчас не надо было ничего писать, но, прочитав искренний порыв Ирины Лейшгольд, всегда такой сдержанной, - и, находясь в нелегком, мягко выражаясь, душевном состоянии после вчерашних похорон людей, с которыми виделись почти день-день, и родителей которых знаем, продолжить Ирину напросилось чисто по-человечески.
    С уважением Эстер Пастернак.

  • Уважаемая Паулина, с интересом прочел рассказ. Интрига начинается с самого названия. Потом, когда становится понятным замысел, переходя от одного города к другому, становишься пленником сюжета. А к концу приходит восхищение безупречной находкой, которая позволяет разрозненные части сюжета воспринимать как целостный хорошо «организованный» и написанный рассказ. Мне кажется, он мог бы войти в учебник для литераторов.
    С наилучшими пожеланиями, Давид Кладницкий.

  • Гость - 'Гость'

    Спасибо, Лина. Статью, конечно, с интересом прочитаю. Только я хорошо знаю, как нелегко опубликовать работу в платном издании - желающих много и очередь потому большая. Реагировать же нужно на события немедленно. Ведь, если нет информации о событии, то вроде бы и не было самого события.

  • Ну что Вы, Марк. Это, конечно, не гражданская позиция, а тем более, не моя. Просто, проживая в Израиле уже более двадцати лет, я знаю, что политика неизбежно присутствует в жизни израильтян, но так же знаю, что многие предпочитают не высказываться активно. Про боль утрат написала чисто на эмоциональном уровне. Если Вас интересует моя гражданская позиция, то я могу на Ваш эл. адрес послать свою статью о моей поездке в Хеврон, опубликованную в израильской газете \"Вести\" на прошлой неделе.
    Извиняюсь перед Полиной за переписку на ее странице.
    Лина

  • Гость - 'Гость'

    Уважаемая Лина, понимаю, что могу Вам и другим показаться навязчивым и зацикленным, и тем не менее... Продолжаю возмущаться подобными рассуждениями: \"Редко бывают аполитичные израильтяне. Просто не каждый считает нужным высказывать свою гражданскую позицию...\". Да в чем состоит позиция-то? В том, что \" боль потерь... остается...\"? Так, с болью, что радикулитной, что раковой люди приспосабливаются жить многие годы. Болеуталяющее находят...
    Это Вы называете гражданской позицией? Такую, действительно, лучше не высказывать.

  • Полиночка,симпатизирую Вашей искренней прозе. Воспоминания, связанные с Киевом, было приятно читать вдвойне :-)
    И, вообще, на фоне информации из новостных блоков, было хорошо чуть уйти в другой светлый мир.
    А боль потерь... она остается. Редко бывают аполитичные израильтяне. Просто не каждый считает нужным высказывать свою гражданскую позицию, наверное... Но страна наша маленькая и очень дорогая нам. Очень жаль малышку Хадасс Фогель, ее братиков и родителей...Пишу это, потому что нельзя не думать о них.
    А Вам, Полиночка, желаю рождения добрых рассказов.
    С уважением
    Лина Городецкая

  • Гость - 'Гость'

    Можете ответить на моей страничке, где я и обратился к членам клуба.
    А у Паулины я тоже прошу прощения за вторжение на её территорию.
    Обстановка, знаете ли, не располагает к восприятию рассказиков. Простите великодушно.

  • Мой коммент, от которого пострадала ни в чем не повинная Полина, - ответ на обвинения израильтян в аполитичности под статьей Аврутина\"Крестьянский вопрос...\" Ничего не снято, все есть на ленте комментариев. Перед Полиной и ее хорошим рассказом я извинилась.
    С уважением,И.Л.

  • Гость - 'Гость'

    Дорогой Семен, вот и мне не понятна ситуация...
    Ситуация, создавшаяся вашим неучастием так же, как и молчанием большинства остальных израильтян - членов нашего клуба.
    Пытаюсь осмыслить. Или вы все находитесь под влиянием пропаганды: поселенцы - в массе своей религиозные - сами во всем виноваты, да ещё и нам не дают спокойно жить?
    Буду весьма признателен, если сочтете нужным и возможным разъяснить положение.

  • Уважаемая Ирина! Я прочитал Ваш взмущённый второй коммент,но не понял чем он вызван. Что перед ним был ещё один? Куда он делся? Если удалён, то надо было удалить и Ваш и ответ Марка. Не знаю, что надо было сделать, но мне совершенно не понятна ситуация...
    СТ

  • Дорогая Полина! Ты почему-то не обратила внимания на мой комментарий, самый первый, который я написала, когда ставила твой рассказ.
    Извини еще раз за всплеск эмоций, конечно,не стоило ввязываться в бесконечные политические разборки.
    Подчеркиваю снова,что рассказ мне понравился. Ты умеешь так подать свои воспоминания, что и другим интересно.
    Зачем бы я его поставила на ленту поступлений, если бы не посчитала стоящим?
    Ира

  • Огромное спасибо, Роланд, за теплые слова! А то я оказалась в некотором недоумении. Теперь-то я поняла, что уважаемая Ирина весьма эмоционально ответила на комменты, которые я не читала - но не сомневаюсь, что ответила она по делу и априори подписываюсь под ее словами и восхищаюсь ее стихотворением, которое до этого не читала. Браво, Ирина! Просто у меня создалось ощущение, что ребенка выплеснули вместе с водой: никто, кроме Вас, ни слова про рассказ, а, как всегда у нас, захлестнула политика, самая болезненная тема. Так что - вдвойне спасибо за комментарий по сути. Всех благ!

  • Ностальгически окрашенные воспоминания в манере неторопливого рассказа, смакующего детали ушедшего навсегда. Читается с удовольствием и с сочувствием к самому себе…Спасибо, Паулина, за великолепную прозу! С уважением, Роланд.

  • Гость - 'Гость'

    \"Я не считаю нужным сообщать гг. Аврутину и Андреевскому,на какие митинги я хожу и каким образом и против чего я протестую в своей стране\".
    Уважаемая Ирина, Вы вправе поступать, как Вам заблагорассудится. Но из-за таких, как Вы Израиль проигрывает информационную войну. Вы написали прекрасное стихотворение, но сколько человек его прочитало?
    Впрочем, ничего хорошего в том, что Вы привыкли к тому, что происходит, нет. И оставаться равнодушным, когда нелюди вырезали семью, считаю просто не по-человечески. И ваше раздражение в адрес господ Аврутина и Андреевского мне не понятно (кстати, Валерия тоже высказалась солидарно, но её Вы не включили в список).

  • Дорогая Полина! Прости,что поместила свое возмущение под твоим мирным и славным рассказом-воспоминанием. Не сдержалась, а ты оказалась ближе других.
    Ира

  • Гость - 'Гость'

    БРАВО!!!)))
    \"Аполитичный\" патриот

  • Неймется вам,господа активные политики с активной гражданской позицией!

    Вам необходимо искать и обвинять инакомыслящих, вот и продолжаете пинать нас, \"аполитичных израильтян\".

    Да, у нас ОЧЕРЕДНОЙ жестокий терракт, подчеркиваю: ОЧЕРЕДНОй.Те же арабы-палестинцы совсем недавно обстреляли юг Израиля, единичные нападения случаются чуть ли не каждый день, но я не слышала,чтобы вы призывали народы и правительства выходить на митинги и принимать меры в защиту Израиля, подвергающемуся остракизму со стороны практически всего мира. Вы протестовали только против возрождающейся реакции в России и ее судебной системы.

    Я не считаю нужным сообщать гг. Аврутину и Андреевскому,на какие митинги я хожу и каким образом и против чего я протестую в своей стране.

    Год назад я поместила на сайте стихотворение, выражающее мои гражданские взгляды, и не считаю нужным бесконечно их декларировать, спекулируя на самом деле безвыходным, неразрешаемым положением страны и израильского народа.

    Я не ищу личной поддержки и солидарности.

    Я знаю, что израильтяне,в том числе и те, что на сайте, патриотичны.

    Я повторю этот стих, потому что мне надоели эти огульные обвинения и потому,что это МОИ дети и внуки идут защищать родину и рискуют жизнью, и это в МОЙ дом попадают ракеты.


    У нас страна - война.

    У нас страна одна.

    У нас война - года.

    У них война - страда.

    Ни сеять,ни молоть ,

    пусть в клочья рвется плоть,

    взрывчатка, камни, СКАД -

    в автобус, в детский сад..

    Средь бела дня и в ночь

    идут и сын, и дочь,

    идут во тьму, в войну,

    спасая тишину.

    Идут,бросая дом,

    в войну, что за углом.

    У нас страна - война.

    У нас - одна страна.

    6 мая 2010

    Ирина Лейшгольд

  • У каждого из нас есть города,в которых мы как-то побывали и которые оставили нам яркие и милые воспоминания. Прозвучало название этого города - и мы воочию увидели его.И так хочется вернуться туда,где мы были молодыми,веселыми,упоенными будущим! Но стоит ли? Возвратившись туда, мы не найдем того, что оставили.В одну реку не войдешь дважды.
    Полина Симонова в своей ненавязчивой,спокойной манере, с легкой самоиронией и усмешкой рассказывает нам о трех городах - Вилково, Теберде,Киеве,оставивших ей каждый свой образ.
    Сынишка, играя с другом "в города", напомнил ей о них, и мы вместе с Полиной путешествуем по ее памяти.
    Ирина Лейшгольд

Последние поступления

Кто сейчас на сайте?

Тубольцев Юрий   Голод Аркадий  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 2
  • Пользователей не на сайте: 2,298
  • Гостей: 148