Симонова Паулина

«А В НЕНАСТНЫЕ ДНИ СОБИРАЛИСЬ ОНИ…»

      Несколько лет назад обстоятельства мои сложились так, что я оказалась вхожа в некое учреждение, а именно, в Дом престарелых (называемый в наших краях «бэйт-авот»), заведение весьма престижное, на уровне 5-звездочного отеля. Само собой разумеется, что вход туда на проживание мне заказан однозначно – ну, во-первых, время еще, благодарение Б-гу, не подошло, а главным образом, потому, что проживают тут исключительно "богатенькие буратино". За долгие годы жизни и работы в стране, а некоторые, кто повезучее, благодаря успешной игре на бирже, они обеспечили себе куда как безбедное существование. И, пока их радивые наследники не завладели их движимой и недвижимой собственностью, люди эти оставили свои хоромы в разных частях страны, заплатили внушительную сумму и переселились в этот Дом, свою последнюю обитель.

     Как я уже сказала, Дом этот весьма впечатляющий – и внешне, и внутренне. Состоит он из двух корпусов для самостоятельных пожилых людей и специального корпуса , где за постояльцами осуществляется круглосуточный уход.  Ввиду огромного спроса срочно строится дополнительный корпус для нуждающихся в уходе – и все места в нем уже распределены.

     Пространство между корпусами – рукотворный райский сад, эдакий совершенный образчик садово-паркового  искусства, вызывающий тем больший восторг, что находится этот почти утопический сад в центре пустыни Негев!

     Как же занесло меня на этот райский остров? А дело было так. Тому пять лет, как после мучительной борьбы с раком ушла из жизни моя любимая двоюродная сестра, прожившая всю жизнь в нашей семье. Потеря была для меня невосполнимой, и я долго не могла обрести душевное равновесие. Меня не оставляла мысль, что я не все сделала, что должна была, для ее спасения. И как ни пытались разуверить меня близкие – я была безутешна.

     И тут пришла мне в голову идея, что, может быть, то, что я не успела сделать для нее – я искуплю заботой и служением тем самым людям, которые еще живы, а именно, тем, кто живет в Доме престарелых и для которых пара лишних рабочих рук, даже дополнительно к обслуге, не окажутся лишними.

     А поскольку я живу как раз напротив этого 5-звездочного чуда, я прямым ходом направилась туда и предложила безвозмездно, на правах волонтерки, свои услуги. После продолжительного интервью с хозяйкой (ибо кого угодно с улицы туда не берут даже без зарплаты – надо соответствовать уровню заведения!), я была принята в отделение трудотерапии. Организовано оно, как многое у нас, на американский манер, и занимаются там всяческими художественными поделками. Такого рода работа пришлась мне по душе – и я и по сей день работаю там, готовя для них шаблоны и заготовки для всяческих художественных изделий. Потом результаты этого коллективного труда выставляются на внутриучрежденческую ярмарку и там раскупаются посетителями –большей частью работниками и родственниками постояльцев. Мне иногда задают вопрос, насколько мне тяжело морально ежедневно видеть этих людей, сидящих в основном в инвалидных колясках и зачастую весьма разрушенных физически – у меня такие вопросы вызывают искреннее недоумение. Я, по мере их возможностей, общаюсь с этими людьми, беседую, и вижу, как в процессе разговора в их глазах появляется живой человеческий блеск – как же можно не ценить это!

     Периодически, хотя и достаточно редко, мне выпадает возможность (уже на других началах, по просьбе родственников и за оплату), приглядеть за кем-то из постояльцев. Я вожу их по парку в инвалидной коляске, иногда – с ходунком и веду с ними беседы. Это, пожалуй, самое ценное для них, ибо, честно говоря, никто не готов с ними доверительно общаться – ни персонал, который по горло сыт адским трудом по их полному обслуживанию, ни любимые родственники, ограничивающиеся дежурным поцелуем и десятиминутным визитом. А ведь эти оказавшиеся за бортом реальной жизни старички и старушки, несмотря на свои паркинсоны и альцгеймеры, испытывают острую нужду в общении, обсуждении политических событий, пересказывании своих воспоминаний юности и молодости и т.д. и т.п. Вот эту нишу я и заполняю.      Целый калейдоскоп прошел через мои руки за эти годы – и каких только типажей я не навидалась!

     Сейчас под моей опекой находится старушка, сын которой, весьма обеспеченный господин, старается навестить ее в короткий промежуток «файв-о-клока», потому что именно в это время в главном здании Дома (а матушка его, напомню, находится в отделении для лежачих) можно «на халяву» получить чашку кофе с выпечкой. Отпив и закусив, этот почтенный джентльмен с достоинством перемещается в отделение, где находится мать – в полном убеждении, что этот «перекус» как бы автоматически оплачивается в сумме чека, который ежемесячно переводит его матушка на счет Дома…

     Однако с недавних пор в нашем со старушкой размеренном графике прогулок произошло волнующее изменение. В программе досуга Дома появилось новое мероприятие – игра в бридж. И надо отметить, что моя подопечная, как выяснилось, была высокой профессионалкой по части этой игры. Многие годы в своем престижном пригороде они теплой компанией таких же, каких и она, богатеньких буратино коротали вечера за этой изысканной игрой. И именно она порекомендовала в качестве инструктора одного из своих бывших партнеров. Несколько лет, еще живя в корпусе для самостоятельных жильцов, они с мужем регулярно «бриджевали». Но полгода назад муж ее умер, она оказалась в корпусе для нуждающихся в уходе – и бридж был отставлен. Но – отнюдь не забыт! И вот, когда к ней была приставлена я, эта былая страсть воспылала с новой силой. Поначалу у медперсонала возникли сомнения: какой, не к ночи будь помянут, бридж – бабка едва шелестит губами, подчас не осознает, где находится, с трудом преодолевает несколько шагов – и вдруг такая прыть! Но, отринув все возражения эскулапов, она неожиданно окрепшим голосом заявила: «Уж если мне необходимо с этим дурацким ходунком разгуливать, то посидеть в каталке пару часов за бриджем мне по силам и только на пользу пойдет!»

     И вот со дня ее такого волеизъявления я регулярно по понедельникам отвожу ее в основной корпус, где в специальной игровой комнате за покрытыми зеленым сукном столами идет нешуточная схватка.

     Такую мизансцену стоило бы увидеть своими глазами: мягкий свет струится из светильников, звуковым фоном идет спокойная классическая музыка, за каждым столом расположились по четыре игрока. В сухоньких, покрытых пигментными пятнами и украшенных скромными (основные надежно упрятаны в банковских сейфах) бриллиантиками и жемчужинками ручках – карточная сдача. Никакой болтовни, только изредка над столами проносится: «Уан спэй, ту спэй, пас, клаб, ту клаб, уан даймонд», да нет-нет, да и нарушит тишину звонок кому-то на мобильник. Недовольные взгляды партнеров и короткий ответ в трубку: «Хай, я – на партии, позвони позже».

     Достойная старость, не так ли? И бесконечно я могла бы наслаждаться великолепием чужой жизни – если бы не горчайший нюанс этой картинки. Я знаю, что там  (и я всякий раз это вижу, когда протягивается рука за раздачей), выше бриллиантов и жемчугов, в глубине под рукавом у многих из игроков - страшный, несмываемый и никак не гармонирующий с украшениями шестизначный номер…


Чтобы оставить комментарий, необходимо зарегистрироваться
  • Да, вероятно, это плата за удобства. Община действительно очень многим помогает, этого не отнять. Но вот такие перекосы, к сожалению, имели место.

  • Лина, это происходило года четыре назад у нас в Днепре. С тех пор я в том доме была лишь в прошлом году, но по совершенно другим делам и с обитателями не общалась. Потому не знаю, как обстоят дела сейчас. Хотелось бы верить, что лучше.

  • извиняюсь за опечатки в последнем комменте.

  • Полиночка, извиняюсь за использование \"Вашей\" территории. Как бывшая жительница Украины, хотела уточнить у Людмимлы, в каком городе происхоили эти \"новогодние\" события? Я очень уважаю людей, соблюдающих традиции, но очень не приемлю, когда это навязывают. Хотя теперь понимаю, что отказ от привычного образа жизни - это моральнвя плата за бытовые удобства. У этих пожилых людей, по всей вероятности, не было выбора...

  • Лине Городецкой - большое спасибо за теплые слова. И Вам- радости творчества и всех благ.
    Людмиле Некрасовской - мне так грустно от Вашего коммента - просто ком в горле, никак не могу собраться с мыслями, чтобы \"переварить\" эту информацию о такой \"своеобразной\" встрече Нового года... Соберусь - сразу напишу. Спасибо Вам за комментарий.

  • Лина, Вы верно поняли: я живу в Украине. Дом престарелых строился религиозной общиной. Вот только старики там не религиозные. Я едва не плакала, когда они мне рассказывали со слезами на глазах, как им в новогоднюю ночь не позволили включать телевизор позже десяти вечера. И елку нарядить не позволили. И шампанского выпить. Люди религиозные часто пытаются ломать всех через коленку. И старикам сложно возразить, ведь им устроили замечательное житье. А когда я пробовала разговаривать с руководством общины, мне сказали, что насильно там никого не держат, что человек знал, на что соглашался, приходя в общинный дом престарелых. Такие вот грустные дела.

  • Уважаемая Ирина! Вполне возможно мое посещение музея в Иерусалиме, так как туда приглашают мои друзья. Поверьте, я очень много читала о войне, воспоминания узников, посещала музеи в разных городах. В Израиле не пришлось.
    Я знаю о высоком уровне жизни в вашей стране. Тете Циле- израильтянке, маме друга моего мужа, уже 90 лет.
    В чем Вы хотите меня убедить , никак не разумею?
    В том, что все взрослые узники концлагерей -живы?
    Лучше обратитесь в \"Всеизраильскую Ассоциацию уцелевших в концлагерях и гетто\" к г-же Гире Гойфман. Выясните количество живущих столетних узников.И играют ли они в этих шикарных домах для престарелых в бридж?
    С неизменным уважением Айша.

  • Очень расстроилась, прочитав Ваш комментарий о доме престарелых. Зашла на Вашу страницу, но не поняла точно Ваше место жительства. Предполагаю, что это Украина?
    Так или иначе, вот уж действительно, как пишет Паулина, танцует тот, кто заказывает музыку. Казалось бы, люди делаю \"мицву\" - доброе дело. Но почему же навязывать свой образ жизни, тем более, людям пожилым, с устойчивым мировоззрением. Очень грустно мне, Людмила. Неужели никто не может объяснить хозяевам этого заведения, что можно праздновать Новый Год и оставаться угодным Б-гу человеком, добрым, честным, порядочным. Вы подняли непростую и грустную тему.
    С уважением. ЛИНА

  • ВЕЧЕР ДОБРЫЙ, Паулина! Ваш очерк очень точно воспроизводит грустную картину. Старость, как известно, не радость, но единственная возможность долгого общения с близкими...Но Ваша героиня - сильная женщина.
    И, конечно, очень сильная концовка, последний абзац неожиданен, и он полоснул, как ножом. Это, безусловно,Ваша находка!
    Удачи вам в творчестве и по жизни :-)
    Лина

  • Это хорошо, что Вы, Айша, знаете, что в концлагерях были дети.Я тоже знаю: в Иерусалиме есть огромный уникальный комплекс Памяти - музей Катастрофы с разрывающим сердце Детским Залом. Советую когда-нибудь там побывать. Очень впечатляет, особенно тех, кто мало знает о той войне.
    Да дело, видите ли, в том, что те люди, которые ПЕРЕЖИЛИ концлагерь, живут долго, а у нас, в Израиле, вообще срок жизни высокий. И много долгожителей, которым за 90 и больше 100.
    Спорить с Вами я не собираюсь, ведь Вас трудно в чем-либо убедить. Тем более, что спор не может быть странным с одной стороны - он действие обоюдное.
    С неизменным уважением, И.Л.

  • Как я понял, ув Паулина, вам мой комент не понравился. А ведь в нём ничего личного. И фраза вас не касается. И вы это поняли, но всё равно заострили на этом внимание. И вообще комент я написал не для вас. Даже не знаю, как он попал на вашу страничку. Нажмите красную кнопочку.
    А коменты Адаевой оставьте.
    С ув. и наилучшими пожеланиями.

  • Спасибо, Паулина. Конечно, старикам не хватает общения. И не только тем, кто живет в домах престарелых, но и тем, кто живет в семьях, ибо редко у занятых детей и внуков есть время на общение. К стыду Украины, я не помню за последние годы упоминаний о подобных заведениях. Похоже, их просто нет. А вот наша община построила такой дом для своих стариков. Довелось мне там выступать. Отличные комнаты на двоих, сносное питание (не скажу, что вкусно, но съедобно), медицинское обслуживание, охрана. Казалось бы все хорошо. Но вот верно, что кто платит, тот заказывает музыку. При этом доме - своя синагога. И старики с советской ментальностью, большинство из которых никогда не верили в Бога, обязаны посещать религиозные мероприятия. И Новый год праздновать в сентябре, а привычного 31-го декабря не имеют права откупорить шампанское, а уж о елке речь вообще не идет. А они всю жизнь праздновали именно так. И ломать людей на старости лет мне кажется неправильным. Но это не слышат, не хотят понимать. И от этого очень больно. Хотя когда видишь на улицах бомжующих стариков, ставших жертвами квартирных аферистов и оставшихся без жилья, то понимаешь, что живущие в том доме - живут в раю. Все познается в сравнении. А номера на руках - это страшно вне зависимости от того, где человек проводит старость. И никакими жемчужинками этот страх не прикрыть. Еще раз спасибо.

  • Узниками концлагерей были все: от малых детей, подростков и людей старшего возраста. Именно из Варшавского гетто был вывезен целый детский дом ( еврейских детей) в концлагерь, просто приведенный пример.
    Почему я предполагаю, что нынешние старые люди в рассказе были ,в основном, детьми в то время.
    Объясняю : прошло 72 года с тех пор.
    Ну и прибавляйте , милая Ирина. Кому сколько лет должно быть. Если Вы будете утверждать, что все , кто был узником концлагерей в возрасте свыше 18 лет, живут свыше 90 и больше ста лет, то извините.
    Эта Ваше незнание, извините, приводит к странному с Вашей стороны спору. Автор пока не ответил. С уважением.

  • Ув. Михаил!
    \"но не надо создавать ад другим.\" Меня несколько обескуражила эта Ваша фраза. М.б., я неправильно поняла, но создание ада приняла на свой счет - это своим рассказом? А в отношении сына той старушки могу Вас уверить на сто процентов, что эта его привычка к халявному файф-о-клоку была только одним примером его скаредности и жмотства, которые он проявлял постоянно, в т.ч. и по отношению к матери, которая, кстати, еще давным-давно оставила ему все без исключения свои сбережения. Увы-увы, дети не всегда вместе с капиталом наследуют доброту и благородство... Ну, а кофе с выпечкой в холле в урочный час полагается ЖИЛЬЦАМ дома престарелых. Таков, по крайней мере, порядок в том доме, где я работаю. Видимо, в тучной и обеспеченной стране Вашего проживания угощение предлагается всем. С ув.

  • Ну какие дети? Имееются в виду не ГЕТТО, а КОНЦЛАГЕРИ. Это значительная разница. И у Симоновой в рассказе не дети войны, а сами УЗНИКИ. Мне кажется, что у нее это очень ясно. Sapienti sat!

  • Документальные фильмы о освобождении концлагерей, когда показывали тысяча детей с татуированными номерами , конечно ,знают и помнят многие советские люди . Еще какой частотой их транслировали. Это никогда не забыть. Мой вопрос был . Те ли эти дети? Дети войны?

  • Спасибо за подтверждение моих догадок, просто я никогда не видела лично. В варшавском гетто тоже были номерации.

  • Вы меня поразили, уважаемая Айша!
    Чтобы писательница не знала, что вечные, нестираемые шестизначные номера на запястьях людей обозначают их порядковый номер среди узников концлагерей,людей, которые прошли через ад,- это гораздо более странно, чем \"дикие души монголов\", которые так задели Вас.
    Меня задевает Ваше незнание.
    Ирина Лейшгольд

  • У меня под впечатлением наших домов престарелых есть рассказ - художественный, не статья - данную публикацию я считаю статьей.
    Но выставлять здесь не вижу смысла, так как еще 2 недели назад отправила один рассказ, притом написала, что в \"интернете впервые\", а его не видно. То есть, приходится ждать у моря погоды. (но это в адрес модераторов).

  • Уважаемая Паулина, такая старость всегда печальна. Хотела спросить . А что за номера на руке? Это дети войны? С уважением Айша

  • Вот в таких случаях - хорошо! Государство в большинстве случаев берет на себя заботу о стариках. Кстати (или некстати) - похороны в Израиле для всех граждан тоже бесплатные. Никто не прячет под матрац \"похоронные\".

  • ...У нас в России также есть дома престаелых,где содержание на высоком ровне,но либо пациентов проплачивают родственники, либо он сам передает квартиру на счет данного заведения.Правда в этом случае такие пациенты странно быстро умирают...То что творится в обыкновенных нынешних богодельнях не поддается перу,одно то, что в год по стране таких домов сгорает несколько уже говорит о многом...Для обыкновенных русских стариков и стаух, дом престарелых равносилен приговору...

  • Уважаемая Римма!
    Социализм - это хорошо?

  • Как говорят в Германии - \"Ende gut, alles gut\".
    То есть хороший конец, значит всё хорошо.
    Вот и ваш рассказ заканчивается хорошо. Можно было бы закрыть страничку. Но, можно было бы, если бы ни это...
    ...Сейчас под моей опекой находится старушка, сын которой, весьма обеспеченный господин, старается навестить ее в короткий промежуток «файв-о-клока», потому что именно в это время в главном здании Дома (а матушка его, напомню, находится в отделении для лежачих) можно «на халяву» получить чашку кофе с выпечкой...
    ....
    Если автор, выдаёт свои мысли за чужие, и пытается при этом убедить читателя, что это на самом деле так и есть, то это не хорошо. Ни по отношению к читателю, хотя и он чувствует, где правда, а где ложь, а по отношению к незнакомому человеку. Даже если он и богатый. Ведь это не грех.
    Прочитав эти строчки, я сразу возненавидел \"сыночка\".
    Как-то сразу стало неприятно. Но, откуда автор взял, что этот «перекус», как бы автоматически оплачивается в сумме чека, который ежемесячно переводит его матушка на счет Дома…
    ...
    Если матушка сама за себя оплачивает, то она и вправе угостить сына \"перекусом\".
    Если автор ошибся и сын оплачивает маме \"райскую жизнь\", то и он имеет право выпить чашечку кофе, и ничего позорного в этом не было бы, если бы автор, не попыталась переубедить читателя, что сын не хороший человек.

    Не знаю, как у вас, но у нас предложить человеку чашечку кофе, не считается на \"шару\".
    Вот поэтому и вызвал рассказ у меня двоякое чувство.
    С одной стороны рай, с другой ад!
    Всё это называется жизнь.
    Человек сам себе создаёт и рай, и ад, но не надо создавать ад другим.
    С ув.

  • В Израиле есть разные дома для пожилых (очень пожилых) людей. В смысле - разного уровня. В \"богатом доме\" мне не приходилось бывать, а в двух других бывала - они тоже были разными по уровню. Одно могу сказать: уход круглосуточный, есть врач и физиотерапия, есть занятия (вроде уроков труда), празднуют праздники - в зал вывозят на колясках даже тех, кто мало что уже понимает, учат заново читать. И большую часть расходов (80-90%) берет на себя Мин-во здравоохранения (если родственникам не под силу платить). Как сказала моя родственница, живущая в Америке - у вас в Израиле социализм! То же самое говорят родственники из России.

  • Для бывших граждан СССР и России Дом престарелых кажется сродни Дому Эшеров, таких ужасов мы наслышаны о них.
    Но вот Полина в своей спокойной манере очеркиста показала нам совсем другой Дом, где живут обеспеченные люди, больные старостью, одиночеством и другими болезнями. Интересно узнать о их быте и времяпрепровождении, тем более, что это может оказаться весьма актуальным для некоторых из нас (пора начать учиться бриджу).
    Ключевой в этом очерке является последняя фраза.
    Прочтите, но НЕ ТОЛЬКО последнюю фразу.
    Ирина Лейшгольд

Последние поступления

Календарь

Кто сейчас на сайте?

Тубольцев Юрий   Шашков Андрей  

Посетители

  • Пользователей на сайте: 2
  • Пользователей не на сайте: 2,298
  • Гостей: 353